«В списках не значился»

Повесть Бориса Васильева «В списках не значился» — это эпизод обороны Брестской крепости, но не только. На фоне известных всем событий, автор ставит перед нами целую серию вопросов, среди которых вопросы патриотизма — даже не самые важные. Десять месяцев одиночного боя в разорённой, заражённой, прожжённой огнемётами крепости — цифра, которая может показаться художественным преувеличением. Но…

Время разделять камни

Снег шёл уже вторую луну. Он рисовал вокруг белую стену, отгораживающую идущих по тропе охотников от остального мира. Тарсо хорошо знал дорогу к пещере, но сейчас они преследовали стадо оленей, чьи следы едва-едва проступали на заснеженном склоне. Вчера стадо свернуло к югу и теперь людям пришлось обходить широкую осыпь, где ноги по колено вязли в…

«Клуб Дюма, или Тень Ришелье»

Роман Артуро Перес-Реверте «Клуб Дюма, или Тень Ришелье» сопротивляется жанровой классификации. Детектив? Мистический триллер? Интеллектуальная головоломка? Постмодернистская игра? Пожалуй, всё сразу, причём в пропорциях, не позволяющих ни одному из элементов захватить повествование. Именно эта сбалансированная гибридность и ставит книгу особняком. Главный герой — Лукас Корсо, «охотник за книгами», циничный прагматик,

Великий Урр

Племя Хатта жило у подножия гор, там, где лес ещё не решался карабкаться вверх по камням, а вода звенела на перекатах. Отец Тави был охотником. Он учил сына читать землю, как старейшины читают звёзды: различать, где пробежал заяц, а где проползла змея, где олень пил воду, а где прилёг медведь. — Слушай, — говорил отец,…

Марк, Засранец и Блоха

Засранец Утром Везувий ещё молчал. Гора стояла над заливом, как стояла всегда, — зелёным по пояс могучим гигантом, седым от облаков на вершине. В Помпеях шумел рынок, пахло рыбой и потом, где-то кричал осёл, а в таверне на Виа ди Нола было жарко, как в печи, хотя печь ещё не растопили. По городу бродили пьяные…

«Мастер и Маргарита»

Рецензировать «Мастера и Маргариту» в формате короткого текста — задача не просто сложная, а метафизически абсурдная. Этот роман подобен матрёшке, которая раскрывается бесконечно: за каждой сценой — новая, за каждым смыслом — следующий. Ввиду невозможности в формате канала препарировать целое, предлагаю рассмотреть один эпизод, работающий как фрактал: в нём отражается вся структура, поэтика и философия…

«Бег»

Пьесу Михаила Булгакова «Бег» привыкли читать как историческую хронику. Но в ней можно увидеть и мистерию падения и возможного спасения. Читая Булгакова, трудно игнорировать контекст формирования его мировоззрения. Он был сыном профессора богословия, и в его произведениях нередко возникают темы вины, искупления, страдания и внутреннего перерождения. Это не единственный ключ к его текстам, но он…

«Трудно быть богом»

Идея романа «Трудно быть богом» обычно формулируется как невозможность оставаться отстранённым при виде чужого страдания. Этот постулат рассматривается с позиции о неэтичности вмешательства в исторические процессы иной цивилизации. И Стругацкие решают эту задачу исчерпывающе — финал разрушает образ наблюдающего «бога», превращая дона Румату (Антона) в сокрушающего Зло героя. Однако этот слой у романа — внешний.…

«Соборяне»

Роман Николая Лескова «Соборяне» (1872) — произведение внешне тихое, провинциальное, населённое «чудаками-попами». Однако за этой кажущейся простотой скрывается глубокий и во многом тревожный взгляд на состояние общества. На поверхности — привычный для русской литературы конфликт поколений, «отцов и детей», перенесённый в духовную среду. Но этот слой лишь вводный. Вглядываясь внимательнее, можно увидеть, что Лесков показывает…

Как создавался «Дурман»: от медицинских карт до апокалипсиса

Когда читатели спрашивают, откуда берутся такие истории, я обычно отвечаю коротко: «Из жизни». Но за этой краткостью стоит огромная работа, которую я хочу описать. «Дурман» — роман, который почти целиком собран из реальных историй, документальных источников и медицинских случаев. Выдумано в нём только одно: идея апокалипсиса и то, как именно он происходит. Всё остальное —…